15 февраля 2008 г. состоялся прощальный моноспектакль Путина в роли президента РФ, где его спичрайтеры в последний раз ответили на свои же вопросы. Проект «Путин» завершается: активы консолидированы, чемоданы сложены. Остался только последний бенефис и финальная фраза для всемирной истории.

   И вот – последний бенефис прошел, фраза прозвучала, и фраза была гениальна: «Мне не стыдно…». И этому человеку действительно не стыдно!
   
   «Как – не стыдно!? - спросит читатель. Где хоть одно серьёзное достижение? Ведь, если судить по обычным историческим меркам ( а эти мерки никто не отменял) путинский застой был обычной растратой времени впустую – в то время как весь остальной мир не стоял на месте.

   Внешняя политика. От Ельцина Путин получил вполне приличное наследство - на территории бывшего Союза не было ни одной иностранной военной базы, ни одна республика СССР не входила во враждебный РФ военный союз, сохранялся пусть несколько запущенный, но внушительный ракетно-ядерный потенциал, исключающий создание противником эффективной ПРО. По сути, Советский Союз мог быть восстановлен в любой момент – помешать этому не посмел бы никто.

   Что мы имеем сегодня? Базы НАТО в Средней Азии и в Закавказье, открытую границу с Афганистаном, необратимая оккупация Прибалтики Евросоюзом и НАТО – и это при трети русского населения. Плюс – уже идущий приём в НАТО Украины, где Путин ухитрился проиграть всё – в том числе и собственные коммерческие гешефты. То же самое - и в Грузии.

   На Востоке – сдача позиций Китаю, включая крайне опасный прецедент новой демаркации границ со сдачей Китаю амурских островов. На Севере – открытие для иностранных судов Севморпути.

   Экономика? Единственное и довольно двусмысленное достижение – расширение транспортной инфраструктуры для экспорта российского сырья и энергоносителей. Что обернулось дефицитом энергоносителей на внутреннем рынке и опережающим ростом внутренних энерготарифов.

   Зато весь несырьевой сектор, особенно хай-тек и его научная база, окончательно свалился и отстал необратимо – пошла необратимая деградация кадрового потенциала.
   Социальная политика? Несмотря на фантастические прибыли от вывоза нефти и газа, проблема нищеты так и не решена, а за гранью бедности оказываются люди, имеющие постоянную работу. При этом после осеннего повышения цен доля бедных вернулась к ельцинскому уровню – но, кто посмеет об этом сказать?

   По обычным историческим и политическим критериям, хоть советским, хоть буржуазным, правление Путина – полный провал и деградация. В конце концов, путинская эРэФия до сих пор не вышла на пресловутый «уровень 1990 года» - даже по добыче нефтегазового сырья.
   
    Но критики до сих пор не могут понять, что Путин и не пытался строить государство-нацию европейского типа – с гражданским обществом, социальными гарантиями и прочими правами человека. Не для этого его ставили.

   Впрочем, что никакой «российской нации вообще» давно нет - есть общество «десять к одному», состоящее из двух наций - «нации богатых» и «нации бедных», интересы которых находятся в смертельном противоречии.

   Все восемь лет Путин строил не «гражданское общество» равноправных граждан, а нечто противоположное – диктатуру «нации нуворишей» с многоуровневой системой защиты от реванша «аборигенов».

    В экономическом плане Путин строил не аденауэровсую «экономику для всех», а экономику тотального захвата общенациональной собственности, полностью открытую для иностранных инвесторов. Именно перед ними Путину не стыдно – он дал все, что обещал. Императив ликвидационной экономики - не эффективное производство, а максимальное обесценивание активов для их оптовой скупки. Сначала – скупить за бесценок, а уж потом – думать, как все это использовать. Соответственно, для «нации нуворишей» нужно было «государство-универсам», позволяющее конвертировать временную власть и сиюминутные прибыли в абсолютную и вечную наследственную собственность на ключевые ресурсы и активы.

   Соответственно, первой задачей Путина была легализация общенациональной собственности в качестве товара – ведь еще при Ельцине земля, полезные ископаемые, стратегическая инфраструктура оставались общенациональной собственностью.

   Однако с помощью карманной грызловской Думы на прилавке оказалось всё, от инфраструктурных министерств и РАО до Минобороны, отданного опытному коммерсанту-мебельшику. Плюс – весь земельный фонд крупнейшей страны мира, наиболее ценная часть которого уже скуплена ничтожным меньшинством. И это – только начало.

   Чтобы оценить то, что сделано Путиным для «нации богатых», надо оценить стоимость активов, выброшенных Путиным на мировой рынок. Характерно, что таких оценок мы никогда и нигде не увидим (хотя только активы МПС, переоформленные в РЖД, потянули на трлн. дол!).

   Как видите - "Все поставленные задачи достигнуты, все изначальные цели выполнены". Так зачем Путину третий срок – напротив, он сам торопиться сбежать из-за прилавка, чтобы подойти к кассе в качестве покупателя.

   Единственное уязвимое место «государства-универсама для олигархов» - «политические риски», то есть претензии населения, как законного собственника распродаваемых активов, либо на возврат собственности, либо на эффективный контроль над ее использованием.

   Соответственно, все усилия Путина и его клана были направлены на борьбу с главным врагом – населением «этой страны», в чем он и преуспел. За восемь лет Путину удалось построить «суверенную демократию» - почти идеальную политическую диктатуру крупной олигархии, не оставляющую ни малейшего шанса главному своему врагу – населению "этой страны", которое быстро вымирает, морально деградирует и, самое главное, открыто заменяется иммигрантами. И в этом отношении успехи путинская Россия весьма напоминает Соединенные Штаты конца 19 века, где основой успеха стала зачистка территории от аборигенов.

   Если поглядеть на путинскую восьмилетку с этой стороны, то результат «рабских трудов» налицо – за восемь лет удалось свести к ничтожной величине оппозицию, парламентские свободы, местное самоуправление, независимые СМИ, политические партии, региональные элиты, протестные акции… Население еще существует физически, но уже не существует, как фактор внутренней политики. И сегодня власть не утруждает себя даже серьезной демагогией, пример чему – прощальная путинская пресс-конференция.

   Однако самое удивительное достижение Путина – то, что, в отличие от известных европейских и латиноамериканских диктатур, «диктатура стратегических инвесторов» была установлена практически бескровно. Ну, если не считать подозрительно своевременных терактов. В целом, удалось обойтись одним судебным и полицейским произволом.

   В этом отношении, Путин действительно имеет моральное право гордиться кротостью и милосердием. Гайки завинчивались мягко, постепенно и почти незаметно для жертвы. Поневоле вспоминается традиционная китайская политология, считающая идеальным правление, незаметное для подданных, а идеальной победой – победу без сражения.

    Так, в чём же секрет «совершенномудрия» Путина, сумевшего построить тотальную систему изощренного социального апартеида без единого выстрела?

    А секрет прост: если известные диктатуры 20 века ( Италия, Германия) строились в условиях нарастающих социальных кризисов и гражданских войн, то Путин использовал возможности «нефтегазового застоя» для заблаговременного разворачивания репрессивной системы, опережающего рост политической активности населения.

   Надо сказать, что Путин и его люди научились виртуозно подкупать население на деньги, вынутые из его же карманов. В частности, за последние 3-4 года крупные российские компании набрали на Западе до 400 млрд корпоративного долга – и все эти деньги были благополучно проедены в столицах, создав иллюзию «динамичного развития». Зачем отбирать первородство силой, если можно купить его за миску чечевичной похлебки?
 
    Что будет дальше? Дальше пряники кончатся, придет кризис … И вот тогда население на своей шкуре осознает старую истину: хорошо связанная девушка в ухаживаниях не нуждается. Да и в питании – тоже.

   Но это будет совсем другая история… А пока – Путин уходит, и ему совсем не стыдно…
   
   Александр Ермолаев.

***   ***   ***

Гламурный авторитаризм (итоги Путина).

Своими недавними выступлениями Владимир Путин подстегнул дискуссию о том, в каком состоянии он передаёт Россию своему преемнику.

Сам Путин считает состояние России–2008 более чем удовлетворительным. На пресс-конференции 14 февраля он так оценил восемь лет своего правления: «Я не вижу никаких серьёзных неудач. Все поставленные цели достигнуты. Задачи выполнены».

Критики же Кремля, включая автора этих строк, продолжают говорить, что российские итоги с Путиным на самом деле весьма плачевны.

Страна стоит на пороге масштабного экономического кризиса, который уже сегодня проявляется, по меньшей мере, в двух формах: а) стремительном неконтролируемом росте цен на ключевые продукты питания, обусловленном распадом отечественного сельского хозяйства и критической зависимостью России от импорта всемирного дорожающего продовольствия; б) проблемами с банковской ликвидностью, которые вызваны бегством из России так называемых глупых денег – краткосрочных спекулятивных капиталов, напуганных ипотечным кризисом в США и некоторыми другими мелкими ужасами на рынках.

Не за горами – энергетический кризис. Уже сегодня РФ, в 2005 г. провозгласившая себя «гарантом энергетической безопасности Европы», зависит от импорта среднеазиатского газа. Крупнейшие месторождения газа и нефти близки к варварскому исчерпанию, а свежие запасы за восемь путинских лет так и остались неразработанными. По оценкам ряда экспертов, к 2012 году России не будет хватать нефти и газа для обеспечения внутреннего потребления – какие там гарантии Европе!

Отсутствие серьезных инвестиций в инфраструктуру на протяжении трех последних десятилетий означает высокую вероятность в ближайшем будущем крупных техногенных катастроф и системного кризиса коммуникаций.

Российская бюрократия – как гражданская, так и силовая – насквозь поражена коррупцией. Ни одно масштабное решение не будет сегодня претворено в жизнь без дополнительного коррупционного стимулирования чиновника.

Прекращают существование наши Вооружённые силы. Существует лишь груда обломков бывшей армии погибшего государства – СССР. Причем сокращение военного потенциала и разложение морального духа армии предельно ускорились именно за восемь путинских лет. Что бы там ни рассказывала официальная пропаганда. См., например: «Кризис и разложение российской армии» http://www.apn.ru/userdata/files/ins/INS-MR-1.pdf

В «эпоху Путина» существенно снизился геополитический статус России. Восемь лет назад РФ была полноценной региональной державой, поскольку формировала критерии легитимности постсоветских режимов (кроме стран Балтии). В 90-е (не благодаря Ельцину, конечно, но в силу остаточной послеимперской инерции) все страны СНГ так или иначе воспринимали Россию, как «старшего брата» и считали необходимым согласовывать с Кремлём важнейшие стратегические решения. Даже на уровне обсуждения невозможно было представить, например, вступление Украины в НАТО. А если и появлялись режимы открыто антироссийские (например, Звиада Гамсахурдиа в Грузии или Абульфаза Эльчибея в Азербайджане), жили они недолго. И прекращали жить – не без помощи русского оружия.

Сейчас ни одна из стран полумёртвого СНГ, даже «союзная» Белоруссия, уже не смотрит в Кремль. Источниками легитимности стали совсем другие центры силы – Вашингтон, Брюссель, Пекин. О России вспоминают лишь как о символе незадачливого прошлого, с которым надо как можно скорее расстаться на пути в светлое европейское или азиатское будущее.

Кто же прав? Да, все! И вполне довольный собою Путин, и недовольные им критики. Просто Путин и его оппоненты оценивают результаты последних восьми лет по совершенно разным критериям, с качественно различных позиций.

Правота Путина.

Чтобы понять правду Путина, надо ответить на вопрос: каковы на самом деле были цели его режима (2000–2008)?

Вопреки распространённому заблуждению, Путина едва ли можно считать самодостаточной исторической фигурой, единолично сформировавшей некий вектор развития страны. Путин (как он сам неоднократно указывал, хотя ему не все верили) был действительно менеджером, представлявшим интересы собственников – правящего слоя, сформировавшегося ещё в середине 90-х. Именно эти люди привели Путина к власти, они наделили второго президента РФ политической философией и стратегической программой.

Этот правящий слой оформился на руинах российских демократических иллюзий после завершения первого этапа «большой» индустриально-инфраструктурной приватизации. Состоит он в основном из выгодоприобретателей этой самой приватизации.

Еще в середине 90-х новые хозяева русской жизни сформулировали для себя несколько системообразующих тезисов.

1. Эксперимент по созданию в России полноценной демократии евроатлантического образца провалился. Установлению демократии в России категорически препятствуют авторитарно-уравнительные инстинкты русского народа.

2. Защитить результаты приватизации в условиях реальной демократии, состязательности политических субъектов и равного доступа к СМИ невозможно. На действительно свободных выборах русский народ выберет левые и националистические силы, которые пересмотрят итоги приватизации.

3. Обеспечить жизненные интересы правящего слоя, включая дальнейшую легализацию его капиталов на Западе, возможно лишь в условиях политической стабильности. Для стабильности же в России необходим полнокровный авторитаризм.

Идеолог правящей элиты Анатолий Чубайс прямо так и сказал в недавнем интервью: «Представьте себе, организовали в стране по-настоящему демократические выборы… Кто победит? … Результат таких выборов оказался бы на порядок хуже, а возможно, просто катастрофичен для страны».

В 1996-м был взят курс на построение развитого рыночного авторитаризма. Выдвижение Путина в 1999-м стало необходимым и абсолютно логичным шагом в реализации этого курса.

Именно такой президент был нужен правящему слою: единомышленник Абрамовича и Чубайса, лишённый тяжёлого цековского дыхания, любитель дорогих костюмов, адриатических резиденций и океанских яхт, умеющий притом надеть маску несгибаемого чекиста и убедительно порассуждать перед телекамерой о «возрождении империи».

Перед Путиным, как управляемым менеджером крупные собственники поставили три приоритетные задачи.

1. Защита крупной собственности – результатов приватизации;

2. Создание условий для «обналичивания» и легализации этой собственности на Западе; здесь важно отметить, что в России как прежде, так и теперь, отсутствует понятие «собственность» в римском / англосаксонском смысле; у нас собственность – это лишь условное владение, статус которого прямо зависит от признания легитимности этого владения действующей властью; потому «уволить» человека из собственников несложно, что показало «дело ЮКОСа» и много аналогичных дел помельче; на Западе же собственность действительно защищена и работающим законом, и традицией; потому спокойно спать выгодоприобретатели «большой» русской приватизации смогут только после полной конвертации их добра на территории РФ в несомненные активы там.

3. Ликвидация советской системы социального обеспечения, которая предполагала широкий спектр бесплатных социальных услуг для граждан и перекрёстное субсидирование населения предприятиями; замена её на либеральную систему, в которой граждане покупают социальные услуги за полную их стоимость.

Ликвидация зачатков демократии и ограничение свободы СМИ были необходимыми предпосылками такого рода реформ. Для решения этих задач важно было также обуздать региональные элиты. Это было сделано в два этапа. В 2000 году глав субъектов лишили влияния на региональные силовые структуры, в 2004 году упразднили выборность губернаторов. Здесь Путин ничего своего не придумал: реализовал концепцию, которая была разработана под руководством Александра Волошина еще в 1999 году.

Что мы видим сегодня?

Задачи 1 и 3 практически решены. Ликвидированы все демократические инструменты и механизмы – и это не вызвало никаких потрясений, даже никакой заметной фронды! Народ поверил актёру в маске «чекиста-империалиста» и во имя «возрождения былой мощи» добровольно отказался от участия в формировании власти.

Задача 2 осталась нерешённой. Западные элиты пока не приняли российских коллег в объятия, не позволили им конвертировать деньги во влияние и право корректировать правила игры. Потому-то преемником Путина и становится Дмитрий Медведев, в маске либерала олицетворяющий «путинизм с человеческим лицом».

Другое дело, что модернизации, которая открыла бы России новые исторические горизонты, при Путине не произошло. Однако никакой модернизации уходящий президент никому и не обещал, в его менеджерском контракте не было такого пункта. Все проблемы, кризисы, катастрофы, о которых мы говорили в начале, ждут нас. Но Путин в том не виноват. Он все восемь лет делал совсем другое дело и сделал его лучше, чем его работодатели могли ожидать.

Горизонталь власти.

Принято считать, что Путин оставляет своему наследнику жёсткую «вертикаль власти» – от Кремля до самых до окраин. И единственная опасность для Медведева исходит от спрятавшихся где-то внутри вертикали «силовиков», которые могут саботировать указания преемника.

На самом деле сегодняшней Россией правит вовсе не президент с его «вертикалью». А примерно 15 групп влияния.

В состав каждой входят свои силовики, либеральные экономисты, юристы, чиновники всех рангов, включая губернаторов и мэров крупных городов. Роман Абрамович – такая группа влияния. А Игорь Сечин – другая группа. Олег Дерипаска – третья. Михаил Фридман – ещё одна. И так далее, вплоть до Сергея Чемезова и братьев Ковальчуков. Ни по идеологии, ни по жизненной философии, ни по методологии группы влияния друг от друга существенно не отличаются. В процессе утилизации советского наследства они ведут между собой нескончаемую войну, иногда с перемириями. В каждом отдельно взятом сражении побеждает не тот, кто ближе к президенту, а тот, кто в данный момент сконцентрировал максимальные ресурсы (аппаратные, силовые, финансовые) и оптимальным образом их использовал. Функция Путина в этой системе – следить за соблюдением общих правил системы, не допуская их резкого нарушения какой-либо стороной. В путинской России нередко проигрывали те, кто полагался исключительно на дружбу с президентом, не занимаясь собиранием ресурсов.

В 2002 году влиятельный в то время «православный банкир» Сергей Пугачёв услышал «да» в ответ на вопрос, можно ли ему забрать нефтяную компанию «Славнефть» (по системному распорядку причитавшуюся Роману Абрамовичу). Окрылённый и уверенный в успехе, Пугачёв даже склонил на свою сторону тогдашнего президента «Славнефти» Михаила Гуцериева. И что же? Был Абрамовичем жестоко бит. А Гуцериева просто уволили за непонимание своеобразия текущего момента.

В 2003 году началась война из-за сотового оператора «Мегафон» между министром связи Леонидом Рейманом и владельцем «Альфа-групп» Михаилом Фридманом. Сколько многомудрых наблюдателей предрекали, что Фридман вскоре поедет вслед Ходорковскому, ибо Рейман – настоящий верный товарищ и давний партнёр Путина. Результат: после четырех лет изнурительной битвы Фридман победил. Его права на 25% акций «Мегафона» были признаны. У него было больше разнообразных ресурсов, и он грамотнее ими управлял.

В 2007 году по ходу очередной межклановой схватки был арестован замминистра финансов Сергей Сторчак. Его начальник Алексей Кудрин, считающийся близким другом Путина, сделал всё возможное, чтобы Сторчака освободить. И президента просил. И поручительство подписывал. Результат: суд вновь продлил Сторчаку содержание под стражей.

Кстати, главная жертва путинской эпохи – Михаил Ходорковский – сел в тюрьму потому, что он в отличие от абрамовичей и фридманов действительно нарушил правила игры. Поставив под сомнение как священный принцип приватизационной круговой поруки, так и право державного «раба на галерах» получать за свой труд достойное нефтяное вознаграждение.

В стране создана не вертикаль, а самая настоящая горизонталь власти. Политическое решение при такой горизонтали есть результирующая противоречивых интересов этих самых 15 (может быть, 14 или 17) групп влияния.

Можно сказать, в сегодняшней России есть, по меньшей мере, 15 Минфинов, 15 ФСБ, 15 Генпрокуратур и т.п. Не считая созданной в 2007 году когорты госкорпораций в форме некоммерческого партнёрства, которые являются государственными по способу создания и источнику первичных ресурсов, но не по механизму управления и уж точно не по составу бенефициаров.

Горизонталь власти – идеальная система для утилизации советского наследства. Но она абсолютно непригодна для масштабных преобразований и реализации больших общенациональных проектов. Потому что собрать эту горизонталь в единый созидающий кулак совершенно невозможно.

Медведевское большинство.

Важно рассмотреть и психологическое состояние страны и её элит к весне 2008 года. Этот вопрос подводит нас к рассуждению о социальной опоре развитого путинизма-медведизма.

Еще два десятилетия назад обнаружилась усталость русского народа от больших планов, грандиозных свершений и забегов в непредсказуемое далеко. Гражданин больше хотел получить колбасу без очереди, приобрести корейский видеомагнитофон, упасть на диван и погрузиться в «обывательщины нити», которые дотоле мы так любили порицать. Воздух перестройки позвал на улицы, на митинги, к белым домам и новым свершениям – теперь уже на демократический ниве. Воздух бодрил и не давал уснуть.

В 90-е элита – строитель будущего «гламурного авторитаризма» – точно поняла, что народ пора из политики убирать. Иначе хаос в стране примет неизбывный характер. Нам напомнили, что надо брать потребительский кредит и, по возможности, его пролонгировать до бесконечности, а в дела власти и её формирования лучше не вмешиваться. Зачем смотреть «Итоги» и «Намедни», когда есть «Программа-максимум» и «Камеди-клаб»?

К 2008 году мы имеем 75% населения, вообще не интересующегося, кто будет ими править. Откуда эта цифра? Это рейтинг Дмитрия Медведева.

То есть рейтинг народного безразличия к персоне будущего президента страны. Ясно, что ровно те же 75% поддержали бы и Сергея Иванова, и Виктора Зубкова, и даже Любовь Слиску. С точки зрения народа, власть теперь формируется где-то на Марсе, и зачем ему вникать в непостигаемое?

Между правящим слоем и безразличным народом стоит новый интеллектуальный класс, который можно назвать «постинтеллигенцией». Этот класс оформился в 90-е; его идеология при Путине почти полностью вытеснила классический русский интеллигентский дискурс, предполагавший наличие у образованного человека чувств гражданского долга и вины перед забитым русским народом.

Философия «постинтеллигенции», которая при гламурном авторитаризме диктует интеллектуальную моду и повестку дня, сводится к следующему:

– не надо переживать о народе, потому что интеллигентские переживания не принесли народу и самой интеллигенции ничего, кроме страданий и зла;

– гламурный авторитаризм хорош тем, что оставляет нетронутыми бытовые свободы – дежурную бутылку виски и поездку за границу – освобождая интеллектуала от любой и всякой ответственности за положение дел в стране и состояние общества;

– вполне возможно, что Россию ждёт катастрофа, но, поскольку мы всё равно не в состоянии её предотвратить, воспользуемся же нашим правом обо всём этом не думать.

Подобный способ мышления, прекрасно описанный Дж. Оруэллом («Во чреве китовом»), традиционно расцветает в интеллектуальной среде в предкатастрофические времена. Так что в «постинтеллигенции» нет ничего качественно нового, хотя для России её бурный расцвет – явление примечательное.

По состоянию на февраль 2008-го основу путинского большинства (реально существующего, хотя и не привязанного нисколько к личности Путина) составляет полностью социально апатичное население, увенчанное кремовой розочкой «постинтеллигенции».

Утрата связности в народе вкупе с фундаментальной безответственностью элит не позволят:

– провести и даже начать модернизацию страны, всегда и неизбежно требующую определенной общественной мобилизации;

– спасти государство в ситуации каких-либо «великих потрясений», поскольку путь к спасению всегда в истории лежит только через осознание гражданами ответственности и при наличии их готовности к мобилизации.

Нормальная страна.

В самом начале 90-х, в конце горбачевской перестройки, я работал программистом в одном конструкторском бюро. Я хорошо помню тогдашние разговоры в профкомовской курилке:

Что нам нужно? Нормальная страна, которая ничего не строит и ни с кем не воюет. Где все зарабатывают деньги. И всё можно купить за деньги. Где никого не тягают ни в партию, ни в комсомол. И еще – нормальный президент. Ничем не выдающийся. Никуда не стремящийся, и нас не подгоняющий. Без завиральных идей. Интеллигентный. Умеренный. Аккуратный. Не альфа-самец. И не свиноподобное обкомовское рыло.

Вот о чём – и о ком – мы мечтали. Это и получили. Бойтесь мечтаний, потому что иногда они исполняются.

С.Белковский (ядовитый оппозиционер, еврей).

***   ***   ***

Большие планы маленького преемника.

Чем ближе смешные выборы, тем более глобальные масштабы приобретают планы россиянских властей. Коммунизм к 2020 году построить, правда, пока не обещают, но вот, к примеру, увеличить к тому же заветному году долю среднего класса в стране до 60-70% населения – таки да – твердо намереваются. Медведев раздает бесконечные интервью в газетах и одолевает своими выступлениями утомлённых телезрителей. Если верить миниатюрному путинскому преемнику, малый и средний бизнес в эРэФии скоро начнут развиваться прямо-таки нереальными темпами. Опять же, так любимые им и Путиным загадочные, но очень прогрессивные “инновационные нанотехнологии”, о которых, правда, никто ничего не знает, непременно дадут о себе знать. Ждать осталось совсем недолго. Буквально каких-то 13 лет и бедность окончательно побеждена, а  “многонациональную суверенную демократию” будет населять сплошь средний класс.

Ещё преемник Медведев мечтательно изрёк, что в эРэФии надобно строить индивидуальные дома. Действительно, жилищную проблему среднему классу нужно же будет как-то решать, вот пусть и переселяется из обветшавшего советского жилфонда сразу в красивые индивидуальные коттеджи, как минимум, двухэтажные. Тем более что хваленая реформа ЖКХ как-то не пошла. По крайней мере, результатов её и в упор не видно, зато коммунальные аварии с человеческими жертвами сменяют одна другую. Впрочем, о грустном нынче говорить не принято: как-никак первый праздник весны на носу – выборы президента эРэФии. Ну, и весёлый еврейский праздник Пурим заодно…

Помимо всего прочего утверждается, что счастливая идиллия может наступить исключительно при “сильной президентской власти”. Иную форму государственного устройства, кроме россиянской модели “президентской республики”, Медведев, оказывается, на дух не переносит и считает "неприемлемой и опасной" (?). В последнее время околокремлевские политологи периодически выступали с робкими предположениями о том, что Медведев будет либерален, и в эРэФии наступит “оттепель”. Однако сам же преемник это мнение категорически опроверг. Никакой оттепели не будет – он, Медведев, за жёсткую вертикаль власти, тут же сурово пояснили СМИ и добавили: Медведев – никакая не мелкая марионетка, а очень даже самостоятельный большой политик, и теперь его ведущая роль во власти будет неуклонно возрастать.

Впрочем, даже самые официозные обозреватели не берутся утверждать, что после выборов в эРэФии останется только один “верховный правитель”. И всё потому, что тремя месяцами раньше в Кремле из Путина решили слепить “национального героя”, без которого страна совершенно точно не проживёт. А теперь вот и Медведев по тому же сценарию тщится изобразить из себя самостоятельную политическую фигуру, что, впрочем, получается у него крайне неубедительно и даже как-то жалко. Результаты липовых социологических опросов, в которых рейтинг преемника растёт со сверхъестественной быстротой, не вызывают у людей ничего кроме раздражения. А размер процентов, которые ему угодливо рисует кремлёвская обслуга, можно смело отнести на тех, кому эта поганая власть – мягко говоря – до лампочки. То есть, например, по рейтингу 75% за… это на самом деле – число избирателей, которые вообще положили… и на выборы, и на самозваного коротышку мутного происхождения.

А пока же “избранник” раздает сказочные посулы и объясняет электорату ***, что у него в предвыборной гонке нет конкурентов, потому-де, что персоны, стоящие нынче у власти, уже изменили жизнь к лучшему, а остальные только обещают. Однако же  очевидно, что к лучшему Путин и его (?) команда изменили только собственную жизнь. С успехом это проделал и Медведев, самодовольно признающийся, что когда переезжал из Петербурга в Москву, “не мог и предположить, что через восемь лет будет баллотироваться в президенты". Ещё бы! Безликий ничтожный человечек на побегушках получил возможность хотя бы номинально, но “править” остатками некогда великой страны.

РНЕ (которое без Баркашова).

*** «Электорат – это одноразовый народ» (циничное определение еврея Шендеровича).